Чернобыль: Зона отчуждения Сезон 1 Серия 2 (2014)

Рассвет в Зоне. Компания идёт по дороге к Припяти. Гоша изучает карту, скачанную заранее: город в двадцати километрах. Настя жалуется на голод — еду забыли в машине. Лёха находит заброшенный ларёк у дороги. Внутри консервы советских времён, пыльные, но целые. Едят. Гоша замечает: срок годности — 1985 год. Лёха: «Ну и что? Консервы вечные».

Идут дальше. По пути встречают рыбака на берегу реки. Старик молчалив, на вопросы отвечает односложно. Спрашивают про Николая — видел ли фуру. Старик кивает, показывает рукой вперёд: «В город ушёл. Не ходите туда. Зона не любит чужих». Аня пытается разговорить — старик уходит, бормоча молитву.

Доходят до окраины Припяти. Город-призрак. Дома заброшены, окна выбиты, стены в граффити сталкеров. На площади ржавые автобусы эвакуации. Гоша находит мотоцикл Николая у подъезда пятиэтажки. Рюкзак лежит рядом, открытый. Деньги на месте. Паша облегчённо: «Забираем и уходим». Настя: «Так просто? Странно».

Лёха проверяет рюкзак — внутри ещё ноутбук Паши. Включает. На рабочем столе видеофайл «Смотрите_это.avi». Запускает. На экране Николай, снимает сам себя. Запись сделана сегодня утром. Говорит испуганно: «Если видите это, я уже мёртв. Деньги возьмите, вернитесь назад. Я думал, смогу уйти, но Зона не выпускает. Я здесь застрял. Время... оно здесь не работает. Я пытался выбраться, но попал обратно. Три дня кручусь по кругу. Еда кончилась. Вижу их. Фантомы. Они приходят ночью. Скоро придут за мной».

Видео обрывается. Компания в ступоре. Паша: «Бред. Он просто псих». Аня: «А если правда? Мы тоже застряли?» Гоша проверяет GPS — координаты прыгают. То показывают Припять, то Москву, то вообще океан. Лёха пытается позвонить — телефон показывает сеть, но звонки не проходят. Настя плачет: «Хочу домой».

Решают искать Николая. Разделяются: Паша с Лёхой идут в заброшенную больницу — там часто прячутся люди. Настя, Аня и Гоша остаются у мотоцикла. Через полчаса рация Гоши оживает. Паша кричит: «Нашли! Больница, третий этаж!» Все бегут туда.

В палате лежит труп. Мужчина в робе дальнобойщика. Лицо Николая, но тело разложилось — мёртв минимум месяц. На запястье часы остановились: 26 апреля 1986 года, 01:23. Рядом записка карандашом: «Я пытался предупредить их. Не успел. Реактор взорвался». Аня в шоке: «Он умер в 1986-м? Как?» Паша: «Это невозможно. Мы его видели вчера!»

Выбегают из больницы. На площади сирены. Советские автобусы — живые, двигатели работают. Люди садятся с вещами. Эвакуация. Паша подбегает к женщине: «Какой сегодня день?» Женщина: «27 апреля. Вы что, не слышали? Авария на станции. Эвакуируют город». Лёха хватает Пашу: «Мы в прошлом». Женщина смотрит на их одежду, пугается, отходит: «Вы кто такие?»

Автобус уезжает. Площадь пустеет. Компания стоит одна. Настя: «Что делать?» Паша достаёт рюкзак с деньгами: «Деньги есть. Но как вернуться?» Гоша смотрит на станцию вдали: «Если мы в 1986-м, авария только что случилась. Может, это связано. Надо идти туда». Лёха: «На реактор? Там радиация!» Гоша: «Выбора нет. Зона нас затянула. Ответ там».